В Президиум Верховного суда Российской Федерации
От государственного обвинителя:
Заместителя начальника Уголовно-судебного управления
юриста 1-го класса Попильнуха Ивана Романовича
моб.тел. +79927705508
электронная почта: proock@rmrp.ru
Возражение на кассационную жалобу №192 от Солдарова Яна Дмитриевича
В производстве Президиума Верховного Суда Российской Федерации находится кассационная жалоба Солдарова Яна Дмитриевича на апелляционное определение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 09 августа 2026 года, которым приговор Московского городского суда от 01 августа 2026 года был отменён в связи с нарушением правил подсудности, уголовное преследование по части 4 статьи 62 УК РФ прекращено в связи с истечением срока давности, а уголовное дело в части обвинения по части 2 статьи 77 УК РФ возвращено прокурору для последующего направления по подсудности. Государственное обвинение полагает, что доводы кассационной жалобы Солдарова Я.Д. являются несостоятельными, необоснованными и не соответствующими материалам уголовного дела, а сама жалоба направлена на затягивание судебного разбирательства и уклонение от справедливого наказания, в связи с чем кассационная жалоба подлежит оставлению без удовлетворения.
Относительно довода о том, что участники процесса надлежащим образом не были уведомлены о приглашении на судебное заседание, причём было это дважды, государственное обвинение считает данный довод голословным и не соответствующим материалам дела. В соответствии со статьёй 45 ФКЗ «О судебной системе» № 64-ФКЗ судья даёт распоряжение о вызове в судебное заседание лиц, указанных в его постановлении, а в соответствии с ч. 4 ст. 23 ФКЗ «О судебной системе» лица, участвующие в деле, извещаются о назначении судебного заседания не позднее двенадцати часов до момента начала судебного заседания. Из материалов дела следует, что Солдаров Я.Д. был надлежащим образом извещён о дате, времени и месте судебного заседания, уведомление было направлено в установленный срок, и Солдаров Я.Д. явился в судебное заседание и принимал участие в судебном разбирательстве. Более того, сам Солдаров Я.Д. в своей жалобе указывает, что он присутствовал в судебном заседании, поскольку пишет, что ему дали сказать последнее слово, следовательно, он был надлежащим образом уведомлён и реализовал свои процессуальные права, а довод о том, что уведомление было дважды, не является основанием для отмены судебного акта, поскольку сам факт участия Солдарова Я.Д. в судебном заседании свидетельствует о его надлежащем извещении.
Относительно довода о том, что суд начался сразу со стадии исследования доказательств, хотя делать это должны раньше, государственное обвинение считает данный довод несостоятельным и основанным на незнании порядка судебного разбирательства. В соответствии со статьёй 48 УПК РФ судебное следствие начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения, после чего председательствующий опрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение, признаёт ли он себя виновным и желает ли он или его защитник выразить своё отношение к предъявленному обвинению, и лишь затем, в соответствии со статьёй 49 УПК РФ, суд переходит к исследованию доказательств. Порядок судебного разбирательства, установленный УПК РФ, не предусматривает каких-либо иных этапов до исследования доказательств, судья не обязан проводить предварительное слушание по каждому делу, поскольку оно назначается только в случаях, предусмотренных п. 3 ч. 1 ст. 44 ФКЗ «О судебной системе», когда необходимо решение процессуальных вопросов, а из материалов дела следует, что необходимость в предварительном слушании отсутствовала, поскольку все процессуальные вопросы были решены на стадии подготовки к судебному заседанию, кроме того, Солдаров Я.Д. не заявлял ходатайства о проведении предварительного слушания в порядке статьи 46 ФКЗ «О судебной системе», а следовательно, не вправе ссылаться на его отсутствие.
Относительно довода о том, что судебное следствие окончилось на стадии исследования доказательств, государственное обвинение считает данный довод абсурдным и не соответствующим действительности. В соответствии со статьёй 52 УПК РФ судебное следствие оканчивается после того, как председательствующий опрашивает стороны, желают ли они дополнить судебное следствие, и после разрешения заявленных ходатайств, а в соответствии со статьёй 49 УПК РФ исследование доказательств включает в себя допрос подсудимого, допрос потерпевшего, допрос свидетелей, осмотр вещественных доказательств и оглашение документов, и все указанные процессуальные действия были проведены в ходе судебного разбирательства, сторонам была предоставлена возможность представить доказательства, заявить ходатайства, задать вопросы участникам процесса. Судья в соответствии с ч.1 ст. 52 УПК РФ опросил стороны, желают ли они дополнить судебное следствие, и никаких ходатайств о дополнении судебного следствия от Солдарова Я.Д. или его защитника не поступило, следовательно, судебное следствие было окончено в полном соответствии с требованиями УПК РФ.
Относительно довода о том, что в прениях председательствующий дал слово только стороне обвинения, а Солдарову Я.Д. задал всего лишь вопрос «У вас есть вопросы?», государственное обвинение считает данный довод прямой ложью и искажением фактов. В соответствии со статьёй 54 УПК РФ прения сторон состоят из речей обвинителя и защитника, при отсутствии защитника в прениях сторон участвует подсудимый, а в соответствии с ч. 2 ст. 54 УПК РФ последовательность выступлений участников прений сторон устанавливается судом, при этом первым во всех случаях выступает обвинитель, а последними — подсудимый и его защитник, таким образом, Солдаров Я.Д. не мог выступать первым, поскольку это прямо запрещено законом, он имел право выступить после обвинителя, что и было ему предоставлено. Кроме того, в соответствии с ч. 11 статьёй 29 ФКЗ «О судебной системе» после произнесения речей всеми лицами, участвующими в деле, они могут выступить с репликами, при этом право последней реплики всегда принадлежит ответчику, его представителю, следовательно, Солдаров Я.Д. имел право не только выступить в прениях, но и на последнюю реплику, и то, что он не воспользовался этим правом в полном объёме, является его собственным процессуальным выбором, а не нарушением судьи, а утверждение о том, что судья дал слово только стороне обвинения, является не соответствующим действительности и опровергается протоколом судебного заседания.
Относительно довода о том, что Солдарову Я.Д. дали сказать последнее слово, что, по мнению судьи, должно было служить ответом на речь государственного обвинителя, государственное обвинение считает данный довод юридически безграмотным. В соответствии со статьёй 55 УПК РФ последнее слово подсудимого является самостоятельной процессуальной стадией, которая следует после окончания прений сторон, и в соответствии с той же статьёй никакие вопросы к подсудимому во время его последнего слова не допускаются. Последнее слово не является ответом на речь государственного обвинителя, а является правом подсудимого высказать свою позицию в завершение судебного разбирательства, и Солдаров Я.Д. реализовал своё право на последнее слово, а то, что он не использовал его для ответа на речь государственного обвинителя, является его личным выбором, кроме того, он имел полную возможность ответить на речь государственного обвинителя в прениях, где ему было предоставлено слово, и в репликах в соответствии с ч. 11 ст. 29 ФКЗ «О судебной системе».
Относительно довода о том, что у Солдарова Я.Д. было много смягчающих обстоятельств, которые давали суду возможность смягчить наказание, а также признать деяние малозначительным, государственное обвинение считает данный довод несостоятельным по следующим основаниям. В материалах уголовного дела отсутствуют сведения о наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных УК РФ, поскольку в обвинительном заключении указано: «Обстоятельств, смягчающих наказание, не установлено», и в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 18 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, однако Солдаров Я.Д. не представил суду доказательств наличия смягчающих обстоятельств. Ссылка на малозначительность деяния также является необоснованной, поскольку в соответствии с УК РФ малозначительным признаётся деяние, которое не представляет общественной опасности, однако в данном случае деяние Солдарова Я.Д. представляет высокую общественную опасность, поскольку совершено должностным лицом, занимающим высокую государственную должность, посягает на установленный порядок управления в Вооружённых Силах, нарушает режим секретности и безопасности на закрытом объекте, дискредитирует органы государственной власти, кроме того, часть 2 статьи 77 УК содержит квалифицирующий признак — совершение преступления заместителем руководителя органа государственной власти, что означает, что законодатель специально выделил данную категорию преступлений как обладающую повышенной общественной опасностью, следовательно, применение института малозначительности в данном случае невозможно.
Относительно довода о том, что в резолютивной части приговора Солдарова Я.Д. признали скрывшимся от суда, хотя в самом начале приговора он был прописан как участник судебного процесса, государственное обвинение считает данный довод не соответствующим действительности, поскольку в начале судебного заседании Солдаров Я.Д. действительно присутствовал, однако в момент оглашения приговора сбежал из здания суда.
Относительно довода о том, что судья в приговоре брал во внимание деяния, по которым сроки давности истекли, государственное обвинение считает данный довод юридически несостоятельным. В соответствии со статьёй 32 УК срок давности исчисляется со дня совершения преступления до момента вступления приговора суда в законную силу, и вменяемое Солдарову Я.Д. деяние совершено 25 июля 2026 года, приговор Московского городского суда был вынесен 01 августа 2026 года, а апелляционное определение было вынесено 09 августа 2026 года, срок давности по части 2 статьи 77 УК, являющейся тяжким преступлением, в соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 32 УК РФ составляет восемнадцать дней, и на момент апелляционного рассмотрения указанный срок не истёк, а срок давности по части 4 статьи 62 УК, являющейся преступлением средней тяжести, составляющий двенадцать дней, был применён судьёй Калининой К.А. только после отмены приговора. Таким образом, судья не брал во внимание деяния с истекшим сроком давности, а применил срок давности в соответствии с законом после отмены приговора.
Относительно довода о том, что к приговору были приложены материалы, которые не использовались на судебном заседании, государственное обвинение считает данный довод не соответствующим действительности. В соответствии с ч. 3 ст. 3 ФКЗ «О судебной системе» все судебные акты и процессуальные документы, вынесенные судом в рамках рассмотрения дела, приобщаются к материалам того же дела, и суд не вправе при вынесении решения основываться на документах, не приобщённых к материалам дела в установленном порядке. Все материалы, приложенные к приговору, были исследованы в судебном заседании, и если Солдаров Я.Д. полагает, что какие-то материалы не были исследованы, он должен указать конкретные документы, а не делать голословные заявления, и данный довод является неконкретным, голословным и не подтверждается материалами дела.
Касательно требований кассационной жалобы, государственное обвинение считает их не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. Требование об отмене приговора судебной коллегии Верховного суда от 09 августа 2026 года по иску № 203 не подлежит удовлетворению, поскольку приговор является полностью законным и обоснованным. Требование о привлечении судьи к дисциплинарной ответственности в виде увольнения не подлежит удовлетворению, поскольку судья действовал в соответствии с законом, все решения, принятые судьёй, основаны на нормах ФКЗ «О судебной системе» и УПК РФ, оснований для привлечения судьи к дисциплинарной ответственности не имеется, а в соответствии со статьёй 12 ФКЗ «О судебной системе» дисциплинарная ответственность судей наступает за совершение дисциплинарного проступка при исполнении служебных обязанностей, однако каких-либо дисциплинарных проступков судьёй допущено не было. Требование о признании деяния малозначительным и прекращении уголовного преследования не подлежит удовлетворению, поскольку деяние Солдарова Я.Д. не является малозначительным, так как совершено должностным лицом, занимающим высокую государственную должность, посягает на установленный порядок управления, нарушает режим секретности и безопасности на закрытом объекте, дискредитирует органы государственной власти, а часть 2 статьи 77 УК содержит квалифицирующий признак — совершение преступления заместителем руководителя органа государственной власти, что свидетельствует о повышенной общественной опасности деяния. Требование о возмещении компенсации морального ущерба с казны Судебной коллегии Верховного суда в размере 100 000 рублей не подлежит удовлетворению, поскольку Солдаров Я.Д. осуждён за совершение умышленного преступления, оснований для возмещения морального ущерба за счёт государства не имеется, а в соответствии с ч. 3 ст. 11 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причинённого преступлением, однако Солдаров Я.Д. не является потерпевшим, он является осуждённым. Требование о рассмотрении вопроса об исключении Николая Майорова из членства Высшей квалификационной коллегии судей не подлежит удовлетворению, поскольку данное требование не относится к предмету уголовного дела и не имеет отношения к рассматриваемому делу, а в соответствии со статьёй 18 ФКЗ «О судебной системе» Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации является органом судейского сообщества и вопросы членства в коллегии решаются в установленном порядке и не являются предметом рассмотрения по уголовному делу.
Государственное обвинение также обращает внимание на следующие обстоятельства. Кассационная жалоба содержит требования, не относящиеся к предмету уголовного дела, в частности об исключении Николая Майорова из Высшей квалификационной коллегии судей, что свидетельствует о злоупотреблении процессуальными правами. Солдаров Я.Д. не представляет доказательств в обоснование своих доводов, ограничиваясь голословными утверждениями, что является нарушением ч. 2 ст. 22 ФКЗ «О судебной системе», согласно которой в исковом заявлении должны быть указаны обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 38-44 ФКЗ «О судебной системе» № 64-ФКЗ, статьями 22-1, 22-2 УПК РФ, прошу кассационную жалобу Солдарова Яна Дмитриевича оставить без удовлетворения как необоснованную и не соответствующую материалам уголовного дела, апелляционное определение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 06 августа 2026 года в части, не обжалованной прокурором, оставить без изменения, в удовлетворении требований Солдарова Я.Д. о привлечении судьи к дисциплинарной ответственности, о признании деяния малозначительным и прекращении уголовного преследования, о возмещении морального ущерба в размере 100 000 рублей и об исключении Николая Майорова из членства Высшей квалификационной коллегии судей отказать в полном объёме. Государственное обвинение убеждено, что кассационная жалоба Солдарова Я.Д. является необоснованной и направлена исключительно на затягивание судебного разбирательства и уклонение от справедливого наказания. Прошу Президиум Верховного Суда Российской Федерации оставить её без удовлетворения.
Попильнух И.Р.
17.08.2026
