Владимир Жириков
Суетолог
ЛИДЕР ПРАВИТЕЛЬСТВА
Регистрация:17.06.2023
Сообщения:524
Реакции:86
Баллы:115
В Президиум Верховного суда
Истец (кассатор): Кадетов Д.С.
моб.тел. отсутствует
электронная почта kadetovrmrp@rmrp.ru
Представитель истца (кассатора): Боголюбский Рюрик
моб.тел. отсутствует
электронная почта sander0995@rmrp.ru
Истец (кассатор): Кадетов Д.С.
моб.тел. отсутствует
электронная почта kadetovrmrp@rmrp.ru
Представитель истца (кассатора): Боголюбский Рюрик
моб.тел. отсутствует
электронная почта sander0995@rmrp.ru
Кассационная жалоба
на приговор Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации
от 11 февраля 2026 года в отношении Кадетова Д.С.
на приговор Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации
от 11 февраля 2026 года в отношении Кадетова Д.С.
11 февраля 2026 года Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего судьи Смирнова Н.М. и судьи Ягодова Д.Н. вынесен приговор, которым Кадетов Дмитрий Сергеевич признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 77 и ч. 2 ст. 92 УК РФ, и ему назначено наказание в виде уголовного штрафа в размере 30 000 000 (тридцать миллионов) рублей с обязанием уплатить указанную сумму лично судье Смирнову Н.М. в срок до 21 часа 00 минут 12 февраля 2026 года.
Данный приговор вынесен с грубейшими, фундаментальными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые повлияли на исход дела, лишили подсудимого права на справедливое судебное разбирательство и ставят под сомнение само существование правосудия в демократическом государстве. Нарушения носят системный характер, свидетельствуют о незаконном составе суда, нарушении принципа независимости и беспристрастности, игнорировании подсудности и прямом произволе председательствующего.
На основании изложенного, прошу об отмене указанного приговора и прекращении уголовного дела либо направлении его на новое судебное рассмотрение.
Данный приговор вынесен с грубейшими, фундаментальными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые повлияли на исход дела, лишили подсудимого права на справедливое судебное разбирательство и ставят под сомнение само существование правосудия в демократическом государстве. Нарушения носят системный характер, свидетельствуют о незаконном составе суда, нарушении принципа независимости и беспристрастности, игнорировании подсудности и прямом произволе председательствующего.
На основании изложенного, прошу об отмене указанного приговора и прекращении уголовного дела либо направлении его на новое судебное рассмотрение.
Допущенные нарушения уголовно-процессуального закона.
1. Незаконный состав суда – рассмотрение дела коллегией из двух судей
В нарушение принципа римского права «Numerus judicum semper debet esse impar» (число судей всегда должно быть нечетным), уголовное дело рассмотрено Судебной коллегией Верховного Суда РФ в составе двух судей (Смирнов Н.М. и Ягодов Д.Н.). Указанная норма прямо устанавливает, что рассмотрение уголовных дел судами осуществляется коллегией из минимум трёх судей. Состав суда в количестве двух человек уголовно-процессуальным законом не предусмотрен.
Данное нарушение является существенным, влекущим безусловную отмену судебного решения. Незаконный состав суда – это не формальность, а отсутствие законного суда как такового, что противоречит ст. 34 Конституции РФ (никто не может быть лишён права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьёй, к подсудности которых оно отнесено законом).
2. Необоснованное проведение закрытого судебного заседания при отсутствии законных оснований
Стороной защиты было заявлено ходатайство о рассмотрении дела в открытом судебном заседании. Суд, не приводя никаких мотивов, не ссылаясь на конкретные обстоятельства, предусмотренные ст. 47.2 УПК РФ, в устной форме отказал в удовлетворении ходатайства и провёл процесс в закрытом режиме. Письменное мотивированное определение об этом не выносилось, в устном определении, также не мотивировал отказ.
В соответствии со ст. 5 Закона "О судебной системе", определения суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Немотивированный отказ в открытом разбирательстве при отсутствии к тому законных оснований нарушает принцип гласности судопроизводства (ст. 47 УПК РФ) и право подсудимого на публичное разбирательство.
3. Немотивированный отказ в отводе судьи и состава суда
Стороной защиты был заявлен отвод председательствующему судье Смирнову Н.М. в связи с наличием обстоятельств, дающих основание полагать его личную заинтересованность в исходе дела (в том числе факт вынесения им единоличных решений по данному делу в отсутствие правовых оснований). Председательствующий отказал в удовлетворении отвода без вынесения какого-либо процессуального документа, устно, не мотивируя своё решение.
Впоследствии защитой был заявлен отвод всему составу судебной коллегии. Данный отвод также был отклонён без указания мотивов, в отсутствие отдельного определения.
Данные действия прямо нарушают положения УПК РФ, регламентирующие порядок заявления и разрешения отводов. Отсутствие мотивированного определения об отказе в отводе лишает сторону права на обжалование такого решения и свидетельствует о произвольном, беззаконном ведении процесса.
4. Самовольная, неоформленная смена состава суда в ходе процесса
В ходе судебного разбирательства, после заявления отвода коллегии, состав суда был изменён: первоначально в коллегии присутствовал иное лицо (Судья Конституционного Суда) и судья Смирнов Н.М., затем - Ягодов Д.Н. Никакого процессуального решения (определения, постановления) о замене судьи, назначении нового состава суда судом не выносилось, участникам процесса не объявлялось.
Согласно ст. 5.3. УПК РФ, разбирательство дела в судах проводится при неизменном составе суда. Замена судьи допускается только в порядке, строго установленном законом, с вынесением мотивированного решения и возобновлением судебного следствия. В данном деле такого не было сделано.
5. Противоречие: разрешение видеозаписи в закрытом судебном заседании
В нарушение ст. 47.5 УПК РФ, согласно которой в закрытом судебном заседании ведение аудиозаписи допускается, а видеозапись, фотографирование, киносъемка не допускаются, суд разрешил стороне защиты вести видеозапись процесса. Данное обстоятельство, с одной стороны, подтверждает необоснованность закрытия процесса, а с другой – свидетельствует о произвольном толковании судом процессуального закона. Само по себе разрешение видеозаписи при отсутствии к тому законных оснований является нарушением, однако в настоящей жалобе этот факт подчёркивает системный характер нарушений, допущенных судом.
6. Необоснованное привлечение защитника к ответственности за неуважение к суду
В ходе процесса мне, как защитнику, неоднократно выносились предупреждения и налагались штрафы за якобы имевшее место «неуважение к суду». При этом ни одного конкретного факта такого неуважения не было указано; на мои вопросы о том, какое именно действие является неуважением, суд отказывался давать разъяснения, ограничиваясь повторным объявлением предупреждения.
Каких-либо отдельных судебных актов о наложении штрафа не выносилось.
Более того, такие действия суда носили характер незаконного давления на защитника с целью воспрепятствовать реализации функции защиты, что является грубым нарушением УПК РФ.
7. Незаконное содержание приговора: уплата штрафа лично судье
Приговор в нарушение обязывает осуждённого уплатить штраф в размере 30 миллионов рублей лично судье Смирнову Н.М. в срок менее суток (до 21:00 12.02.2026). Указание на уплату штрафа конкретному судье является ничтожным и незаконным. Кадетов Д.С. желает оплатить штраф в казну государства. ПОДЧЕРКИВАЮ, что приговор был вынесен в 22 часа 28 минут 11 февраля 2026 года, однако суд требует оплатить штраф до 21 ч. 00 мин 12 февраля 2026 года, что является грубейшим нарушением.
Данное положение приговора прямо противоречит действующему законодательству и не может быть исполнено. Оно также ставит под сомнение беспристрастность и объективность судьи, который фактически выступает выгодоприобретателем по данному делу.
8. Явная несправедливость назначенного наказания
Назначенное наказание в виде штрафа в размере 30 000 000 рублей является несоразмерным содеянному, личности подсудимого, его имущественному положению и не соответствует принципам справедливости и гуманизма. Суд, признав смягчающими обстоятельствами длительную безупречную службу, отсутствие судимости, положительные характеристики, тем не менее назначил максимально возможный размер штрафа, не мотивировав такую суровость. Более того, само деяние, вменяемое по ст. 92 УК РФ, не доказано, а по ст. 77 УК РФ отсутствует состав преступления.
Штраф, взыскиваемый лично в пользу судьи, приобретает характер частного вознаграждения, что абсолютно недопустимо.
9. Противоречия в установлении фактических обстоятельств
В приговоре указано, что подсудимый «признал фактические обстоятельства» и «содействовал суду». Однако в ходе судебного следствия Кадетов Д.С. последовательно отрицал умысел на подделку подписи, утверждая, что образец подписи был передан ему законно в рамках оперативной работы. Суд не дал оценки этой версии, не опроверг её и не привёл доказательств, её исключающих. Тем самым нарушены требования УПК РФ о том, что приговор должен содержать анализ всех рассмотренных версий и доказательств.
10. Злоупотребление правом со стороны государственного обвинителя и незаконное продление сроков давности
В ходе судебного разбирательства, уже после заявления защитой отводов и возникновения обоснованных сомнений в беспристрастности суда, государственный обвинитель Десмод Фома – лицо, находящееся в прямой служебной зависимости от потерпевшего и, более того, чей отвод был заявлен защитой – обратился в Судебную коллегию Верховного Суда РФ с ходатайством о возвращении уголовного дела прокурору для устранения нарушений уголовно-процессуального закона (вх. от 04.02.2026). В качестве основания указан п. 2 ч. 2 ст. 22-2 УПК РФ.
Суд, в лице председательствующего Смирнова Н.М., данное ходатайство удовлетворил, дело возвращено прокурору. При этом:
Во-первых, самим судом и прокуратурой не было указано ни одного конкретного нарушения, подлежащего устранению. Ходатайство носило абстрактный, формальный характер. Какие именно «процессуальные решения составлены с нарушением» – не расшифровано.
Во-вторых, после возвращения дела какие-либо следственные или иные процессуальные действия, направленные на фактическое устранение этих гипотетических нарушений, не производились. Обвинительное заключение осталось в неизменном виде, новые доказательства не собирались, постановления не пересоставлялись.
В-третьих, несмотря на отсутствие каких-либо реальных процессуальных действий, сроки давности уголовного преследования были незаконно продлены – в порядке, предусмотренном ст. 34 УПК РФ (продление сроков давности руководителем следственного органа с утверждением прокурора). При этом основания для продления, предусмотренные законом (объективные причины невозможности завершить следствие в установленный срок), отсутствовали, поскольку дело уже находилось в суде и никаких объективных препятствий для его рассмотрения не имелось.
Указанные действия государственного обвинителя и суда представляют собой злоупотребление процессуальным правом в его наиболее опасной форме – искусственное манипулирование сроками и процессуальная фикция. Вместо реального устранения нарушений была создана видимость законной процедуры, единственной целью которой являлось:
- искусственное продление сроков давности, что позволило суду впоследствии вынести обвинительный приговор, формально не нарушая требований о сроках;
- оказание давления на подсудимого и защиту, демонстрация «беспомощности» судебной системы перед произволом прокуратуры;
- легализация незаконного состава суда и неподсудности дела Верховному Суду РФ путем затягивания процесса.
Данное поведение государственного обвинителя – лица, обязанного обеспечивать законность и обоснованность уголовного преследования, – несовместимо с его процессуальным статусом и является самостоятельным основанием для вывода о фундаментальном нарушении принципов уголовного судопроизводства. Тем более, что ходатайство подано тем самым Десмодом Ф., чья личная заинтересованность и зависимость от потерпевшего ранее уже была предметом рассмотрения суда.
Кроме того, само по себе продление сроков давности при отсутствии к тому законных оснований и без реального производства следственных действий является нарушением ст. 34 УПК РФ, а также противоречит правовой позиции Конституционного Суда РФ, согласно которой продление сроков давности допустимо лишь в исключительных случаях и не может использоваться для преодоления процессуальных нарушений, допущенных органами следствия и судом.
Указанные обстоятельства в совокупности с иными нарушениями свидетельствуют о том, что весь процесс с самого начала был лишён признаков правосудия и представлял собой имитацию судебного разбирательства, направленную на достижение заранее предопределённого результата – обвинительного приговора в отношении Кадетова Д.С.
11. Нарушение порядка разрешения отвода: незаконное удаление отводимого судьи в совещательную комнату
В ходе судебного разбирательства, на стадии, когда в состав судебной коллегии входил судья Конституционного Суда Российской Федерации, стороной защиты был заявлен письменный отвод председательствующему судье Смирнову Н.М. Основанием отвода являлась его личная, прямая и косвенная заинтересованность в исходе дела, выражавшаяся, в частности, в немотивированном отклонении ходатайств защиты, грубом нарушении процедуры и последующем незаконном включении в резолютивную часть приговора требования об уплате штрафа лично судье Смирнову.
В нарушение УПК РФ, регламентирующей порядок разрешения отвода судье, судья Смирнов Н.М., которому был заявлен отвод, не только не устранился от рассмотрения заявления, но и удалился в совещательную комнату совместно с другим судьёй (судьёй Конституционного Суда РФ) для вынесения решения по заявленному отводу.
Согласно УПК РФ, отвод судье разрешается остальными судьями в отсутствие судьи, которому заявлен отвод. Закон не допускает участие отводимого судьи в принятии решения о его собственном отводе.
По возвращении из совещательной комнаты председательствующий Смирнов Н.М. единолично огласил резолюцию об отказе в удовлетворении отвода, не предоставив сторонам письменного мотивированного определения и не разъяснив, кем именно и на основании каких доводов принято данное решение.
Таким образом, судья Смирнов Н.М.:
Кроме того, само по себе продление сроков давности при отсутствии к тому законных оснований и без реального производства следственных действий является нарушением ст. 34 УПК РФ, а также противоречит правовой позиции Конституционного Суда РФ, согласно которой продление сроков давности допустимо лишь в исключительных случаях и не может использоваться для преодоления процессуальных нарушений, допущенных органами следствия и судом.
Указанные обстоятельства в совокупности с иными нарушениями свидетельствуют о том, что весь процесс с самого начала был лишён признаков правосудия и представлял собой имитацию судебного разбирательства, направленную на достижение заранее предопределённого результата – обвинительного приговора в отношении Кадетова Д.С.
11. Нарушение порядка разрешения отвода: незаконное удаление отводимого судьи в совещательную комнату
В ходе судебного разбирательства, на стадии, когда в состав судебной коллегии входил судья Конституционного Суда Российской Федерации, стороной защиты был заявлен письменный отвод председательствующему судье Смирнову Н.М. Основанием отвода являлась его личная, прямая и косвенная заинтересованность в исходе дела, выражавшаяся, в частности, в немотивированном отклонении ходатайств защиты, грубом нарушении процедуры и последующем незаконном включении в резолютивную часть приговора требования об уплате штрафа лично судье Смирнову.
В нарушение УПК РФ, регламентирующей порядок разрешения отвода судье, судья Смирнов Н.М., которому был заявлен отвод, не только не устранился от рассмотрения заявления, но и удалился в совещательную комнату совместно с другим судьёй (судьёй Конституционного Суда РФ) для вынесения решения по заявленному отводу.
Согласно УПК РФ, отвод судье разрешается остальными судьями в отсутствие судьи, которому заявлен отвод. Закон не допускает участие отводимого судьи в принятии решения о его собственном отводе.
По возвращении из совещательной комнаты председательствующий Смирнов Н.М. единолично огласил резолюцию об отказе в удовлетворении отвода, не предоставив сторонам письменного мотивированного определения и не разъяснив, кем именно и на основании каких доводов принято данное решение.
Таким образом, судья Смирнов Н.М.:
- незаконно участвовал в рассмотрении вопроса о собственном отводе;
- удалился в совещательную комнату в отсутствие законных оснований и с нарушением тайны совещательной комнаты;
- лишил сторону защиты права на мотивированное решение и его последующее обжалование;
- нарушил принцип беспристрастности и независимости суда, продемонстрировав личную заинтересованность в сохранении своего участия в деле.
Данное нарушение является грубейшим и само по себе свидетельствует о незаконности состава суда и ничтожности всех последующих решений, принятых с участием судьи Смирнова Н.М.
Кроме того, сам факт включения в состав судебной коллегии Верховного Суда РФ, рассматривающей уголовное дело по существу, судьи Конституционного Суда РФ, также является недопустимым и противоречит правилам подсудности, согласно которому судьи Конституционного Суда не уполномочены на осуществление уголовного судопроизводства в судах общей юрисдикции. Данное обстоятельство также подлежит оценке в рамках проверки законности состава суда.
12. Незаконный и немотивированный отказ в удовлетворении отвода государственному обвинителю
В ходе судебного разбирательства стороной защиты было заявлено письменное ходатайство об отводе государственного обвинителя – первого заместителя прокурора города Москвы и Московской области Десмода Фомы.
Основанием для отвода являлось наличие прямой служебной зависимости государственного обвинителя от потерпевшего по данному уголовному делу – прокурора города Москвы и Московской области Десмода Ганса, который является его непосредственным руководителем. Данное обстоятельство в силу части 2 статьи 14 и части 1 статьи 15 УПК РФ является безусловным основанием, дающим право полагать наличие косвенной заинтересованности прокурора в исходе дела, поскольку его процессуальная деятельность, карьерное продвижение, аттестация и применение мер поощрения или взыскания находятся в прямой зависимости от усмотрения потерпевшего – его непосредственного руководителя.
Кроме того, совпадение фамилий государственного обвинителя и потерпевшего, а также участие Десмода Ф. в стадии предварительного расследования в качестве надзирающего прокурора (в том числе при решении вопроса о возбуждении уголовного дела и продлении сроков) в совокупности создавали обоснованные и неустранимые сомнения в его объективности и беспристрастности.
Суд, в нарушение требований УПК РФ:
Кроме того, сам факт включения в состав судебной коллегии Верховного Суда РФ, рассматривающей уголовное дело по существу, судьи Конституционного Суда РФ, также является недопустимым и противоречит правилам подсудности, согласно которому судьи Конституционного Суда не уполномочены на осуществление уголовного судопроизводства в судах общей юрисдикции. Данное обстоятельство также подлежит оценке в рамках проверки законности состава суда.
12. Незаконный и немотивированный отказ в удовлетворении отвода государственному обвинителю
В ходе судебного разбирательства стороной защиты было заявлено письменное ходатайство об отводе государственного обвинителя – первого заместителя прокурора города Москвы и Московской области Десмода Фомы.
Основанием для отвода являлось наличие прямой служебной зависимости государственного обвинителя от потерпевшего по данному уголовному делу – прокурора города Москвы и Московской области Десмода Ганса, который является его непосредственным руководителем. Данное обстоятельство в силу части 2 статьи 14 и части 1 статьи 15 УПК РФ является безусловным основанием, дающим право полагать наличие косвенной заинтересованности прокурора в исходе дела, поскольку его процессуальная деятельность, карьерное продвижение, аттестация и применение мер поощрения или взыскания находятся в прямой зависимости от усмотрения потерпевшего – его непосредственного руководителя.
Кроме того, совпадение фамилий государственного обвинителя и потерпевшего, а также участие Десмода Ф. в стадии предварительного расследования в качестве надзирающего прокурора (в том числе при решении вопроса о возбуждении уголовного дела и продлении сроков) в совокупности создавали обоснованные и неустранимые сомнения в его объективности и беспристрастности.
Суд, в нарушение требований УПК РФ:
- не вынес по результатам рассмотрения отвода никакого мотивированного судебного определения;
- не привел в устном решении мотивов, по которым отвод признан не подлежащим удовлетворению;
- удалился в совещательную комнату на 30 секунд (возможно и меньше) в совещательную комнату для разрешения данного процессуального вопроса, ограничившись единоличным устным распоряжением председательствующего об отклонении ходатайства;
Определения суда, постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Отсутствие мотивировки судебного акта (как в письменной, так и в протокольной форме) свидетельствует о произвольном, немотивированном отклонении заявления, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, умаляет право подсудимого на защиту и подрывает доверие к правосудию.
Более того, отклоняя отвод прокурора, суд проигнорировал прямой запрет, установленный частью 2 статьи 14 УПК РФ, согласно которой лицо не может участвовать в производстве по делу при наличии обстоятельств, дающих основание полагать его личную, прямую или косвенную заинтересованность. Служебная зависимость от потерпевшего – классический случай такой заинтересованности, не требующий дополнительного доказывания.
Таким образом, государственный обвинитель Десмод Ф. незаконно осуществлял функцию уголовного преследования на протяжении всего судебного разбирательства, а суд, отказав в отводе без какой-либо мотивировки, легитимизировал это грубейшее процессуальное нарушение. Участие такого прокурора в деле привело к тому, что всё судебное разбирательство утратило признаки справедливого.
Указанное нарушение в совокупности с иными, ранее перечисленными нарушениями (незаконный состав суда, неподсудность дела Верховному Суду РФ, немотивированный отказ в отводе судьи и состава суда, самовольная смена состава коллегии, незаконное удаление в совещательную комнату, разрешение видеозаписи в закрытом заседании и др.) свидетельствует о системном, тотальном пренебрежении судом первой инстанции фундаментальными принципами уголовного судопроизводства, что влечёт безусловную отмену состоявшегося судебного решения.
Более того, отклоняя отвод прокурора, суд проигнорировал прямой запрет, установленный частью 2 статьи 14 УПК РФ, согласно которой лицо не может участвовать в производстве по делу при наличии обстоятельств, дающих основание полагать его личную, прямую или косвенную заинтересованность. Служебная зависимость от потерпевшего – классический случай такой заинтересованности, не требующий дополнительного доказывания.
Таким образом, государственный обвинитель Десмод Ф. незаконно осуществлял функцию уголовного преследования на протяжении всего судебного разбирательства, а суд, отказав в отводе без какой-либо мотивировки, легитимизировал это грубейшее процессуальное нарушение. Участие такого прокурора в деле привело к тому, что всё судебное разбирательство утратило признаки справедливого.
Указанное нарушение в совокупности с иными, ранее перечисленными нарушениями (незаконный состав суда, неподсудность дела Верховному Суду РФ, немотивированный отказ в отводе судьи и состава суда, самовольная смена состава коллегии, незаконное удаление в совещательную комнату, разрешение видеозаписи в закрытом заседании и др.) свидетельствует о системном, тотальном пренебрежении судом первой инстанции фундаментальными принципами уголовного судопроизводства, что влечёт безусловную отмену состоявшегося судебного решения.
Связь нарушений с исходом дела
Совокупность вышеуказанных нарушений неустранима в суде кассационной инстанции, поскольку они искажают саму суть правосудия и лишают приговор свойства законной силы. Дело рассмотрено незаконным составом суда, неподсудным судом, с нарушением фундаментальных принципов: независимости судей, состязательности, гласности, права на защиту. Без отмены приговора и направления дела на новое рассмотрение восстановление нарушенных прав невозможно.
На основании изложенного,
ПРОШУ:
- Истребовать из Судебной коллегии Верховного Суда РФ уголовное дело в отношении Кадетова Д.С.
- Запросить протокол судебного заседания и аудиозапись (видеозапись) хода судебного разбирательства для проверки доводов жалобы о нарушениях, допущенных в ходе процесса.
- Отменить приговор Судебной коллегии Верховного Суда РФ от 11 февраля 2026 года в отношении Кадетова Д.С. полностью.
- Прекратить уголовное дело в отношении Кадетова Д.С. по основанию, предусмотренному УПК РФ (отсутствие события и состава преступления), либо направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции (Московский городской суд) в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.
Правовая позиция защиты
Обращаясь в Президиум Верховного Суда Российской Федерации, защита осознаёт исключительный характер кассационного производства. Однако допущенные судом первой инстанции нарушения носят фундаментальный, системный характер, затрагивают основы конституционного строя в части отправления правосудия. Если такие нарушения останутся без реагирования, это будет означать, что в России возможно осуждение человека судом, не предусмотренным законом, с нарушением всех процессуальных гарантий, и такой приговор вступит в силу.
Прошу Президиум Верховного Суда РФ дать принципиальную оценку указанным нарушениям и восстановить верховенство права.
К исковому заявлению прилагаю:
Копию паспорта представителя истца - копия
Копию удостоверения адвоката (при наличии) - копия
Материалы иска № 94 - материалы
Договор об оказании юр услуг - договор
Удостоверение истца (кассатора) - копия
Боголюбский Р./ БОГОЛЮБСКИЙ
Кадетов Д.С. / КАДЕТОВ
12 февраля 2026 г.
