S
sssqucik2004
Новичок
ИГРОК
Регистрация:08.01.2026
Сообщения:1
Реакции:0
Баллы:5
1. ФИО [ID]: Реданов Иннокентий Васильевич
2. Возраст и дата рождения: 37 лет. Родился 15 ноября 1986 года в селе Чильчи, Хабаровский край.
3. Фотографии персонажа (Анфас, левый профиль, правый профиль):
4. Пол: Мужской.
5. Вероисповедание: Агностик с глубоким уважением к анимистическим верованиям предков (удэгейцев). Видит духовную силу в природе.
6. Национальность: Русский с корнями по отцовской линии (удэгейцы).
7. Родители:
2. Возраст и дата рождения: 37 лет. Родился 15 ноября 1986 года в селе Чильчи, Хабаровский край.
3. Фотографии персонажа (Анфас, левый профиль, правый профиль):
4. Пол: Мужской.
5. Вероисповедание: Агностик с глубоким уважением к анимистическим верованиям предков (удэгейцев). Видит духовную силу в природе.
6. Национальность: Русский с корнями по отцовской линии (удэгейцы).
7. Родители:
- Отец: Реданов Василий Иннокентьевич (1960-2010). Потомственный охотник-промысловик, знаток тайги, удэгеец.
- Мать: Реданова (урожд. Семёнова) Анна Петровна (1964 г.р.). Учительница русского языка и литературы, приехавшая по распределению из Благовещенска.
7.1. Брат/сестра:
- Старшая сестра – Людмила Васильевна Реданова (1984 г.р.). Филолог, уехала в Санкт-Петербург. Поддерживает с Иннокентием теплые, но редкие отношения, являясь для него связью с «большим миром».
8. Внешний вид:
Стиль практичный, функциональный: качественная походная одежда приглушенных, природных цветов (хаки, темно-зеленый, серый) в повседневности, на охоте – профессиональный камуфляж. Прическа – короткая стрижка, не требующая укладки. Всегда чисто выбрит. В помещении часто ходит в теплых шерстяных носках, привычка с детства.
9. Особые приметы:
Стиль практичный, функциональный: качественная походная одежда приглушенных, природных цветов (хаки, темно-зеленый, серый) в повседневности, на охоте – профессиональный камуфляж. Прическа – короткая стрижка, не требующая укладки. Всегда чисто выбрит. В помещении часто ходит в теплых шерстяных носках, привычка с детства.
9. Особые приметы:
- Шрам на подбородке (длиной 4 см). Получен в 14 лет при падении во время погони за раненой кабаргой. Отец тогда сказал: «Шрам на лице – это отметина тайги. Она приняла тебя, но напомнила, кто здесь главный».
- Родинка у правой брови.
- Слегка кривоватый мизинец на левой руке (неправильно сросся после перелома в драке в подростковом возрасте).
10. Образование:
- Чильчинская средняя школа.
- Хабаровский государственный медицинский колледж (специальность – «Фельдшер скорой медицинской помощи»).
- Заочное отделение Дальневосточного государственного университета путей сообщения (специальность – «Инженер-эколог»).
11. Жизненная линия:
- Раннее детство (0–3 года): 1986–1989
Атмосфера: Дом стоял на отшибе села, на самой границе с тайгой. Зимой завывание ветра в печной трубе смешивалось с колыбельными матери на русском и тихими, гортанными рассказами отца. Первые запахи — не городская пыль, а дым очага, сушеная рыба (юкола), смолистый аромат кедровых стружек и всегда чуть влажная шерсть охотничьих собак.
Ключевое воспоминание (со слов матери): В два года, едва начав ходить, Иннокентий не плакал, услышав вой волков, а прислушивался, широко раскрыв глаза. Отец тогда сказал Анне: «Он их понимает. Он наш».
Ключевое воспоминание (со слов матери): В два года, едва начав ходить, Иннокентий не плакал, услышав вой волков, а прислушивался, широко раскрыв глаза. Отец тогда сказал Анне: «Он их понимает. Он наш».
- Детство (3–12 лет): 1989–1998
Обучение у отца: В 5 лет получил первый «урок»: отец положил перед ним след рыси и след росомахи. «Одна идет, куда хочет. Другая — куда надо. Угадай, кто выживет?» Походы с отцом были не развлечением, а школой. Его учили не просто ставить капкан, а понимать зверя: где он пьет, где отдыхает, как обходит опасность. Василий Иннокентьевич говорил мало, но каждое слово было веско: «Дерево, прежде чем срубить, обними. Попроси прощения. Оно живое».
Школа и конфликт миров: В школе его считали странным. Он мог часами молчать, но на уроке природоведения всколыхнуть класс вопросом: «А почему мы говорим "убить зверя", но "зарезать барана"? Разница ведь только в том, кто это делает». Читал запоем, но не сказки, а энциклопедии и учебники по анатомии, которые привозила мать. Первая осознанная травма — смерть старого лайки отца, Шамана. Иннокентий три дня сидел у его будки, отказываясь от еды. Отец не утешал, а взял его с собой хоронить пса в тайге, на сопке. «Дух его теперь будет здесь нас охранять», — сказал он. Для Кеши это стало первой лекцией о цикле жизни и смерти.
Школа и конфликт миров: В школе его считали странным. Он мог часами молчать, но на уроке природоведения всколыхнуть класс вопросом: «А почему мы говорим "убить зверя", но "зарезать барана"? Разница ведь только в том, кто это делает». Читал запоем, но не сказки, а энциклопедии и учебники по анатомии, которые привозила мать. Первая осознанная травма — смерть старого лайки отца, Шамана. Иннокентий три дня сидел у его будки, отказываясь от еды. Отец не утешал, а взял его с собой хоронить пса в тайге, на сопке. «Дух его теперь будет здесь нас охранять», — сказал он. Для Кеши это стало первой лекцией о цикле жизни и смерти.
- Подростковый период (12–18 лет): 1998–2004
Бунт (12-16 лет): Гормональный всплеск совпал с появлением в селе спутникового телевидения и первых видеомагнитофонов. Мир из яркой картинки казался ему призывом к бегству. Он слушал «Наутилус» и «Кино», отрастил чёлку, презирал «отсталый» уклад. Назревал конфликт с отцом, который видел в сыне преемника. Кульминация — в 14 лет он заявил: «Я не буду, как ты, всю жизнь пахнуть потом и кровью! Я уеду в город и стану кем-то!» Отец не стал ругаться, а просто вышел из дома. На следующий день взял его в двухнедельный промысловый поход — самый тяжелый в их жизни. Именно тогда, в погоне за подранком, Иннокентий упал и рассек подбородок. Отец, перевязывая рану мхом и полосой от своей рубахи, произнес свою ключевую фразу про «отметину тайги».
Переломный момент (16 лет): Гибель дяди Миши, друга отца. Тот поскользнулся на склоне, сломал бедро и умер от болевого шока и переохлаждения за три дня, потому что не смог добраться до помощи, а помощь не знала, где его искать. Иннокентий видел лицо отца на похоронах — не скорбное, а каменное от бессильной ярости. В тот вечер он сказал отцу: «Я стану фельдшером. Чтобы больше так не было». Отец впервые за много лет обнял его, не смотря в глаза. Бунт закончился. Начался путь синтеза.
- Юность (18–30 лет): 2004–2016
Хабаровск (18-21): Город был для него враждебным, шумным организмом. Он учился блестяще, особенно по практическим дисциплинам, но тосковал по тишине. Сокурсники считали его угрюмым одиночкой. Деньги на жизнь подрабатывал грузчиком — физическая усталость притупляла тоску. Единственным отдушиной были поездки в близлежащий лес, где он в одиночестве отрабатывал навыки выживания и вязки узлов на медицинских жгутах.
Возвращение (21-27): Работа на «скорой» в райцентре дала ему бесценный опыт экстренной медицины в условиях дефицита времени и ресурсов. Он видел последствия ДТП, бытовых травм, алкогольных отравлений. Но его сердце лежало к иным «пациентам» — охотникам с обморожениями, геологам с воспалением легких, рыбакам, поранившимся о крючки. Он начал сам собирать и систематизировать рецепты полевой медицины.
Наследие и самоопределение (27-30): Смерть отца от инсульта стала ударом, но не неожиданностью. Василий Иннокентьевич надорвал сердце на промысле. Получив в наследство заимку, Иннокентий провел там в одиночестве весь отпуск. Именно тогда пришло озарение: его миссия — не выбирать между тайгой и медициной, а соединить их на новом уровне. Он поступил на заочное отделение эколога, чтобы понять, как защищать не только людей в тайге, но и саму тайгу от людей.
- Зрелость (30–60 лет): 2016 – настоящее время (2024)
Создание системы (30-35): Он превратил заимку в операционную базу. Установил мощную рацию. Создал «тревожную» аптечку, собранную не по стандарту Минздрава, а по собственному опыту: больше кровоостанавливающих, противошоковых, средств для обработки ран и антидотов. Начал сотрудничать с лесничеством как внештатный инспектор. Его авторитет рос.
Война с браконьерами (35-37): Это не героическое противостояние, а война нервов и знаний. Он не вступает в открытые стычки. Его методы иные: он портит браконьерские петли, находит и сдает властям их склады-«заимки», пугает выстрелом в воздух, чтобы спугнуть зверя с тропы. Его боятся, потому что он — призрак. Он знает тайгу лучше их и появляется неожиданно. После одного случая, когда он спас подранка-изюбря и месяц выхаживал его на заимке, по району пошла легенда, что «у Реданова со зверем разговор».
Личная жизнь: Был краткий роман с врачом из Хабаровска, приехавшей в экотуризм. Но она не смогла принять его «двумирность», его потребность в одиночестве. Он отпустил ее без драмы, поняв, что его истинная спутница — тишина тайги и чувство долга. Его отношения с миром — это отношения целителя и хранителя.
Война с браконьерами (35-37): Это не героическое противостояние, а война нервов и знаний. Он не вступает в открытые стычки. Его методы иные: он портит браконьерские петли, находит и сдает властям их склады-«заимки», пугает выстрелом в воздух, чтобы спугнуть зверя с тропы. Его боятся, потому что он — призрак. Он знает тайгу лучше их и появляется неожиданно. После одного случая, когда он спас подранка-изюбря и месяц выхаживал его на заимке, по району пошла легенда, что «у Реданова со зверем разговор».
Личная жизнь: Был краткий роман с врачом из Хабаровска, приехавшей в экотуризм. Но она не смогла принять его «двумирность», его потребность в одиночестве. Он отпустил ее без драмы, поняв, что его истинная спутница — тишина тайги и чувство долга. Его отношения с миром — это отношения целителя и хранителя.
12.
Настоящее время (37 лет, 2024 год)
Иннокентий находится в точке баланса. Он — «живой маяк» для потерявшихся и «кошмар» для тех, кто приходит в тайгу грабить. Его день расписан по минутам: в дежурство на «скорой» — он собранный, быстрый, немногословный профессионал. На заимке — он методичен: проверка периметра, наблюдение за зверьем, ведение журнала, техническое обслуживание снаряжения, работа над рукописью. Он начал собирать цифровую базу данных: фотографии следов нарушений, координаты, отслеживание миграций. Его план — перевести защиту тайги на уровень больших данных, оставаясь при этом человеком с ружьем и аптечкой, который живет внутри этих данных физически. Его существование — это осознанный, ежедневный акт служения, в котором нашли выход и его якутская стойкость, и русская интеллигентность матери, и профессиональная медицинская хладнокровность.
Иннокентий находится в точке баланса. Он — «живой маяк» для потерявшихся и «кошмар» для тех, кто приходит в тайгу грабить. Его день расписан по минутам: в дежурство на «скорой» — он собранный, быстрый, немногословный профессионал. На заимке — он методичен: проверка периметра, наблюдение за зверьем, ведение журнала, техническое обслуживание снаряжения, работа над рукописью. Он начал собирать цифровую базу данных: фотографии следов нарушений, координаты, отслеживание миграций. Его план — перевести защиту тайги на уровень больших данных, оставаясь при этом человеком с ружьем и аптечкой, который живет внутри этих данных физически. Его существование — это осознанный, ежедневный акт служения, в котором нашли выход и его якутская стойкость, и русская интеллигентность матери, и профессиональная медицинская хладнокровность.
13. Планы на будущее: Оборудовать заимку спутниковым интернетом для оперативной передачи данных о нарушениях в природоохранные органы. Организовать волонтерские смены для экологов и врачей, желающих получить уникальный опыт. Завершить и издать книгу.
Иннокентий Реданов – «Сталкер-целитель». Его уникальность не в одном навыке, а в редчайшем и жизненно важном для его места симбиозе:
- Абсолютная синергия с тайгой: Он не просто выживает в ней, он «читает» ее как открытую книгу: по крику птицы определяет приближение хищника или человека, по состоянию хвои предсказывает погоду на несколько дней, по следу понимает не только вид и давность, но и состояние животного. Это не мистика, а наследие отца, помноженное на 30 лет личной практики и наблюдательность ученого.
- Медицина в условиях тотального отсутствия ресурсов: Он способен провести сложные медицинские манипуляции (вправление вывиха, tracheostomy, наложение сложных швов) с минимальным набором инструментов, часто с импровизированными материалами из подручных средств тайги. Его медицинский подход экологичен: он знает, какие местные растения могут быть использованы как антисептик или кровоостанавливающее до привоза лекарств.
- Этический кодекс «пограничника»: Он осознает себя буфером и мостом между цивилизацией и дикой природой. Его цель – не запретить взаимодействие, а сделать его гармоничным и неистребительным. Он одинаково жестко может отчитать нерадивого туриста за непотушенный костер и оказать помощь раненому браконьеру, а потом сдать его правоохранительным органам. Его авторитет строится на безупречной личной неподкупности и абсолютной компетентности в своем «царстве».
- Экологическое мышление как система: Он видит причинно-следственные связи там, где другие видят разрозненные события. Сокращение популяции копытных → приход голодных хищников к людям → конфликт → отстрел. Он борется не со следствием (хищниками), а с причиной (браконьерством). Его навыки охотника он использует не для добычи, а для контроля и защиты.
